top of page
Ю. Фрумкин-Рыбаков
МИНУВШЕЕ  -  ВЕК  ХХ ©

Рукописи не горят…

 

 

О.Ф. Данилевский

ВОСПОМИНАНИЯ-3

 

Севастопольский  морской  кадетский корпус


Весной  1916 года мама прочитала в газете объявление об открытии в Севастополе морского кадетского корпуса, начиная от 4 класса, и условия приема в него. Я  как раз заканчивал 3-й класс, и мама предложила мне перевестись в Севастополь.

После Кастрополя, после Черного моря, уже начитавшись Станюковича,  разве я мог мечтать о чем-либо ином.
До того времени в России был только один морской  корпус, в Петрограде, основанный Петром  I, как навигационная школа в 170I году

в Москве (в Сухаревской башне). В дальнейшем, он был переведен в Петербург.  После многочисленных реорганизаций, к 1916 году корпус состоял из трех гардемаринских классов (1-я,2-я и 3-я роты) и трех кадетских  (7-й,6-й и 5-й классы,  соответственно 4-я, 5-я  и  6-я роты).
В каждом классе было по 4  отделения численностью по 25 человек. Фактически, к выпуску из корпуса доходило 70-80 человек. 

Россия  осуществляла программу строительства большого флота, и такого количества молодых  офицеров флота было явно недостаточно. По окончании корпуса, гардемаринских классов, выпускники получали звание корабельного гардемарина, а после стажировки –

звание мичмана, первый офицерский чин на флоте. (Насколько мне помнится во время войны  1914 - 17 г.г,  звание мичмана присваивалось сразу по окончании Морского корпуса.)
В 1917 году, когда нас перевели из Севастополя в Петроград, вообще гардемаринских классов было только два, один старший, т.е. 2-й гардемаринский класс, оставался в Петрограде, а 1-й гардемаринский класс был во Владивостоке, на Тихом океане.
(Следовательно, перед этим был ускоренный выпуск.). Было принято решение выделить из корпуса кадетские классы в самостоятельный

Морской кадетский корпус с четырёхгодичным сроком обучения  (4-й, 5-й, 6-й и 7-й классы) с размещением в Севастополе.
В Петрограде же  -  оставить Морское училище в составе 3-х  гардемаринских классов,  с необходимым увеличении численности.
В осуществление этого решения в  1916 году в Севастополе открывался Морской кадетский корпус и производился набор в 4-й класс,

а в Петрограде, в этот год был нормальный  прием  в  5-й класс.  Прием  производился по результатам переходных экзаменов из 3-го в 4-й класс. У меня все было благополучно, и я был допущен к медицинскому  осмотру, являющемуся,  по сути, единственным, но строгим экзаменом. Особенно обращалось внимание на зрение,  где требовалась не только острота, но и точное различие самых тонких цветовых оттенков.  Медицинский  осмотр был в Севастополе.
В августе  мы поехали туда с мамой прямо из Кастрополя. Все закончилось благополучно, и нас  отпустили до вызова.
Вызвали к I  октября. Было принято 125 человек,  распределенных на 5 отделений  по 25 человек.

Так был создан Севастопольский морской кадетский корпус. Мы были первыми,  мы его открывали.

Разместили корпус на Северной стороне,  на Парижской батарее,  рядом с Новой Голландией - дачей командующего Черноморским флотом (Парижской батареей это место было названо потому, что во время Севастопольской обороны 1854-55 годов, там была расположена батарея орудий, снятых с корабля "Париж"). Попасть в это место можно только водным путем,  поэтому к корпусу был прикреплен небольшое пароход "Алушта",  а начальство обслуживалось катерами.
Размещались, временно, в двух жилых зданиях.  Большое здание,  предназначенное  для размещения всего корпуса в его законченном развитии, еще строилось там же, выше.

1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13

Так выглядели флигеля офицерского состава,

в которых и жили первые кадеты 1916 года

Официальное открытие корпуса    состоялось 5 октября - наследник царского престола был шефом корпуса.

Было торжественное богослужение, на котором присутствовал командующий Черноморским флотом вицеадмирал  А.В. Колчак.
А еще через два дня, (20 октября 1916 г. в 6.20 утра - по старому стилю) 7-го октября, мы стали свидетелями большем трагедии. Рано утром нас разбудил сильный взрыв.

Кто-то подбежал к окну, выходившему на рейд,  и закричал: "пароход горит!"   Мы повскакивали с  коек и подбежали к окнам.
Я тогда еще не знал, что это - моё будущее, что моя жизнь на многие годы будет связана с морем, с военным флотом.

На ближайшем к нам линкоре, "Императрица Мария", стоял высокий черный столб дыма. Вскоре прозвучал еще один мощный взрыв с пламенем, нос корабля стал погружаться в воду,  а корабль крениться на правый борт. Крен становился  все больше, корабль перевернулся вверх килем и в таком положении затонул.  

Это было страшнее зрелище,   запомнившееся в  деталях до сегодняшнего дня.

Нам  была выдана форма.  При этом, группа переведенных из кадетских корпусов, получила погоны с вензелем,  ленточку и кокарду на фуражку.   Остальным, большинству,  пришедшим из гимназий  и реальных училищ, как необученым военным правилам

и обязанностям, эти эмблемы формы были задержаны.  
Погоны были белые с накладным золотым вензелем, а на ленточке длинная надпись от уха до уха :  
«Морской Е.И.В. Насл. Цесар. Кад. Корп.»

Это расшифровывалось так :   "Морской Его Императорского Высочества Наследника Цесаревича Кадетский корпус".


Дальше пошли нормальные классные занятия,  строевые учения,  шлюпочные учения.
Обстановка в корпусе была хорошей. Начальство подобралось приличное и по тем временам либеральное.
И директор корпуса, контр-адмирал Ворожейкин, и командир роты, капитан 2 ранга В.В.Берг, переведенный из Петроградского морского училища, жили в тех же домах,  где и мы.
Директор, по воскресеньям, приглашал по очереди  к себе  несколько кадет,  угощал чаем и пирогом, и пирожными.
Несмотря на войну,  Севастополь жил полной жизнью. Приморский бульвар был полон гуляющей публикой.
Молодежь распевала,  на мотив модной песенки, свои,  морские. При этом у каждой бригады кораблей были свои слова.

 

 

На Рождество разъехались по домам.  А с января началась усиленная подготовка к приезду Николая II.

Так бригада крейсеров пела:

 

"Могучею сталью сверкая,
На рейде стоят крейсера,
И, только приказ, ожидая
Готовы поднять якоря.


Припев:  
А там, на Приморском бульваре,
Моряками аллеи полны
Таинственно шепчутся пары
Под шум черноморской волны».

А минная бригада,  как всегда более легкомысленная,  пела так:

 

"Вот после горячего боя

За бонн миноносцы идут,
И волны морского прибоя
Любовно к бульвару бегут.
А там, на Приморском бульваре,
Я  вижу в бинокль, наяву,
Сгорает в любовном угаре
Она на моем рандеву".​

1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13

bottom of page